ШАМИЛЬ ТАРПИЩЕВ: "МЫ ВСЕ ЖИВЕМ ИДЕЕЙ..." 
Воскресенье, 23.07.2017, время в Алматы: 11:32
Меню сайта
Эта статья напечатана в алматинском журнале STYLE (№1–2, 2008 год). При использовании материала ссылка на журнал и на данную страницу обязательна!
Copyright © STYLE, С. Акмулдина, У. Аманжолов, www.sparkle.ucoz.ru
     
ШАМИЛЬ ТАРПИЩЕВ: «МЫ ВСЕ ЖИВЕМ ИДЕЕЙ...»

В этом году теннисный мир отмечает два юбилея – 100-летие теннисного спорта в России и 60-летие президента Федерации тенниса России, капитана сборной команды России по теннису Шамиля Тарпищева. 15 февраля 2008 года Указом Президента Казахстана Нурсултана Назарбаева Тарпищев награжден орденом «Достык» II степени за вклад в укрепление и развитие сотрудничества в области спорта между Казахстаном и Россией. Нам удалось поговорить с президентом Федерации тенниса России Шамилем Тарпищевым.

Господин Тарпищев, наш журнал называется Style, у нас широкая читательская аудитория, и многие наши читатели – либо профессиональные, либо теннисисты-любители, для которых теннис является стилем жизни. А что теннис для Вас?
– Для меня теннис давно стал образом жизни. По-другому быть и не может, если провести более полувека в большом теннисе.
Для многих теннис – стиль, а для вас образ жизни. Расскажите о том, как вы пришли в теннис в свои юные годы?
– Я начинал играть в 1956 году – мне тогда было 8 лет – на стадионе «Юных пионеров» в русский хоккей, параллельно в футбол, но когда получил травму – разрыв связок  голеностопа, мама запретила мне играть в футбол. И я пошел в теннис, потому что в конце тренировки там разрешали играть в футбол. Соревнования и сборы в теннисе начинаются раньше, чем в футболе, и так получилось, что я втянулся. В 14 лет уже выполнил норматив первого взрослого разряда.
Нам известно, что с Алматы Вас связывают особые воспоминания?
– Первый раз я побывал здесь в 1975–76 году на позиции старшего тренера. Мне тогда было 25 лет, и, что интересно, вся сборная была старше меня. Первые сборы мы проводили на кортах Парка имени Горького. А потом практически каждую весну сборы проходили в Алматы. Здесь я играл на чемпионате Советского Союза. Здесь же, на втором корте слева парка Горького, я выполнил норму мастера спорта. Это были времена легендарного Августина Вельца. Параллельно со мной играли Марина Крошина, Лилия Карпова. Я помню, как Карпова давала первые уроки тенниса Нурсултану Абишевичу, он тогда учился в Высшей партийной школе.
У многих был шок, когда совсем молодого теннисиста Шамиля Тарпищева назначили старшим тренером сборной СССР – ведь тогда было много и более авторитетных специалистов. Тем не менее, после того, как Вы стали во главе сборной, все успокоились.
– Наверное, считали, что вот-вот снимут, потому и не волновались… (Смеется.)
В те времена команда ЦСКА была самая сильная: Вы, Волков, Егоров…
– Да. Тогда проходили и ведомственные командные соревнования, но сначала, с конца 50-х, я играл в юношеской команде за общество «Труд». В 64–66 годах проходила Спартакиада школьников, я играл за команду и принес 5 очков.
Корифеи тенниса, побывавшие на этих соревнованиях, запомнили то, как перед игрой Вы продемонстрировали виртуозное жонглирование ракеткой. А сейчас?..
– (Смеется.) Я и сейчас так могу, ракетка есть? Для меня это просто возможность сбить напряжение перед игрой. Когда заканчивался Московский международный турнир, для себя и для зрителей мы делали разные театрализованные представления – сильнейшие игроки играли по двое, скованные наручниками; у пары была одна ракетка, и играли они ею через раз; подавали с закрытыми глазами, попадая в квадрат; девушки играли в длинных платьях старинными ракетками, как на заре тенниса… Мы умели создать атмосферу праздника, было весело и интересно.
А Вы помните Вашего первого тренера?
– Да, это был Всеволодов, Игорь Владимирович, когда-то чемпион страны среди молодежи. Очень любит детей, много лет работает на кафедре тенниса в Российском университете физической культуры  в Москве. Кстати, его дети тоже играют.
А Ваши дети?
– Старший – Амир, очень талантлив: быстрый и выносливый, много турниров играл в Испании, но сломал руку и сейчас не тренируется. Младшему, Филиппу, 14 лет, и он прирожденный теннисист. Думаю, что мое призвание – быть детским тренером: дети идут ко мне.
В чем секрет Вашего взаимопонимания с учениками? Необходимо найти с ними общий язык или нужно, наставляя, заставлять талантливых детей сделать то, что потенциально в них заложено, проявить себя максимально?
– «Заставлять» – не совсем корректное слово. Считаю, что может быть «дано» или «не дано». Но многое, если не все, зависит от тренера. Теннис – индивидуальный вид спорта, поэтому воспитанника надо подвести к тому, что он все делает сам, а ты ему только помогаешь, тогда и раскрывается индивидуальность. А если развивать схему, как, в принципе, работают на Западе, то  у очень многих талантливых детей пропадает настрой и желание при таком подходе. У детей возникает, скажем так, аллергия на то, что их заставляют делать. Лучший вариант – подвести ребенка к тому, чтобы он думал так же,  как и тренер. Важно создать иллюзию, что к этому он пришел сам. Вот тогда очень легко налаживать контакты, и воспитанник сделает все, что необходимо, и все, на что он максимально способен.
В этом  кроется Ваш секрет?
– Да. Правильные, дружеские и искренние отношения с воспитанниками, Это обязательное условие процесса созидания. Если этого нет, то нет и творчества.
Нам стало известно о Вашем новом проекте – Академии. Расскажите о ней подробнее.
– Новых проектов много. Если взять Россию, то из ресурсов, которыми мы владели, сделали максимум: по результатам мы первые в мире, и федерация наша среди 205 стран мира – первая. Но  для того, чтобы двигаться дальше, необходима «точечная» работа. Нужна система академий, не отягощенных коммерцией. Мы держим методику сборной как бы у себя в кармане, а надо сделать так, чтобы в этом методическом процессе были задействованы  все регионы.
На сегодня наши результаты нас начинают съедать: популярность тенниса резко возросла, число занимающихся им резко увеличилось, и, естественно, возросли цены, особенно в крытых залах. Если в Москве аренда корта в час стоит 70 долларов, то не всякий ребенок может заняться этим видом спорта. А законодательная база слаба, чтобы решать эти проблемы. Поэтому выход один – создать 8-10 академий и методику, которая включала бы щадящий режим для детей. И тогда наш  теннис может стать непобедим  и несокрушим  по результатам.
Еще для развития, конечно, нужно выходить в Европу, например, в Хорватию и Испанию, – это очень плодотворно сказывается на совершенствовании стиля игры. Очень хорошо бы выйти и в Прибалтику: там в летний период времени можно выполнять нагрузки, которые невозможны в Европе, где жарко.
В Советском Союзе этот вид спорта определяли как «аристократический», однако его культивировали и в Институте ЦК партии, и в МГИМО, теннис входил в программу  подготовки космонавтов. На Западе в любом дипломатическом корпусе были и есть теннисные корты. Если будут созданы условия, то люди среднего возраста приведут своих детей на теннис, потому что они знают и понимают суть этого красивого вида спорта. По данным ЮНЕСКО, люди, владеющие тремя видами спорта – теннисом, серфингом и горными  лыжами, могут быть активными круглогодично. И из этих трех видов теннис – самый демократичный, потому что не привязан ни к горам, ни к воде. Теннис сегодня расширяет границы и становится более доступным и массовым.
Господин Тарпищев, прокомментируйте, пожалуйста, ситуацию с теннисом Казахстана в свете  первого официального визита президента ITF в нашу страну. Вы были вместе все эти дни?
– Что касается Казахстана, то я считаю, что ситуация сегодня  сложилась самая благоприятная. Если теннис так резко подняли за достаточно короткий промежуток времени (на это ушло порядка 20 или чуть больше лет) в России, то, я  думаю, здесь это можно сделать за 5 лет, используя уже наработанный опыт. Реально нет препятствий для этого, только нужно правильно сконцентрироваться.
В стране, в которой так хорошо играет в теннис сам Президент, в теннис играют и поддерживают его премьер, акимы, бизнесмены-попечители, просто любители и фанаты и понимают ситуацию с развитием тенниса изнутри, успех гарантирован. При серьезной поддержке Международной федерации тенниса казахстанский теннис имеет все шансы выйти на уровень мировых стандартов. Я готов оказать свою посильную помощь в реализации Программы развития тенниса в Казахстане и поддержать своего друга Болата Жамитовича Утемуратова, возглавляющего сегодня Федерацию тенниса Казахстана.
Господин Риччи Битти весьма доволен результатами официальных встреч. Его просто очаровала Астана, ее архитектурный стиль. Он восхищен Алматы, величественной красотой его гор. Он отметил, что в государстве с таким экономическим потенциалом есть все предпосылки развивать большой теннис на самом высоком уровне, и Международная федерация тенниса готова оказать всемерную помощь, чтобы максимально ускорить этот процесс. Это просто замечательно, актуально и своевременно для Казахстана.
Шамиль Анвярович, наши бывшие земляки-теннисисты живут и работают в России. Это Янчук, Максимов, Филинова, Шкрыль. Лена Лиховцева продолжает играть, и Вы ее снова привлекли в состав сборной на Кубке Федерации… Ваше мнение о Лиховцевой?
– Когда мы играли в Израиле, она была в составе нашей команды. Елена хотела закончить свою карьеру профессионала, но я ее уговорил еще год поиграть, потому что она реально может попасть играть пару на Олимпийских Играх. Все, кого Вы назвали, – очень хорошие тренеры. Вообще, школа-то одна, какая сейчас разница, кто где?
Мы гордимся Еленой  тем, что она воспитанница алматинского тенниса.
– А что мешает вам привлечь ее сюда, в Казахстан? За тот же Кубок федерации она и в паре может сыграть. Это от Вас зависит.
Давайте поговорим о талантливых теннисистах России. Как Вам удается сохранять спокойствие и баланс в женской сборной? Каждая из них – звезда тенниса, каждая – большая индивидуальность  и каждая претендует на лидерство?
– На мой взгляд, наоборот, с женской сборной работать проще. Девочки более отходчивые и покладистые. Если парень уперся, то с ним тяжело найти контакт. Три раза за последние четыре года мы выиграли Кубок Федерации. Играло 14 человек, т. е. три состава, и без проблем.
Есть ли у Вас свои секреты, как у капитана, как формировать и как воспитывать команду?
– Часто журналисты начинают выискивать, кто в команде лидер. Ну, у женщин, например, есть авторитет Шараповой, девушки сами признают ее как лидера. У ребят все по-другому, поэтому я всегда говорю: не ищите в команде ребят лидера, потому как все они играют в разных матчах по-разному. Внутри команды мы не делаем разницы между Сафиным,  Давыденко, Южным и т. д. Южный выиграл в 2002 году Кубок Дэвиса, и все говорили: вот он сделал победу. Бытует мнение: кто последнее очко дал – тот и выиграл, тот и национальный герой. А сам Миша никогда не говорил, что это его заслуга, а твердил, что два очка в эту победу внес Сафин. Поэтому мы не хвалим того, кто принес очки в командный счет, это естественный процесс. Главная ценность – отношения друг с другом. Ребята могут сами превозносить того или иного, но окружение – тренеры, я – мы не выделяем в команде никого. Победа – это всегда командный успех...  Уже 30 лет в команде нет скандалов и разногласий. Даже в ситуации с Шараповой, когда пресса стала раздувать разные слухи и здесь, и в Америке. Я ей позвонил и сказал: ты должна приехать и быть второй в спарринге с девочками. И она ответила: хорошо, я приеду. Проблем никаких нет. Здорово она сыграла за команду в Израиле.
Я думаю, если правильно ставится акцент на преемственность в возрастных составах,  если хорошо подобран тренерский состав – а плохих мы не держим, – будут и нормальные взаимоотношения в команде. Кроме того, имеется этикет взаимоотношений и между тренерами, потому что ничто не должно сказываться на ребенке. Ребенок формируется, перекатываясь из одной сборной в другую, и, несмотря на то, что он либо скрытый, либо явный лидер, все равно остается взаимное уважение, которое позволяет избежать негативов. Главный вопрос – это правильный подбор состава команды, а второй вопрос уже зависит от интеллекта и аналитики того, кто ведет команду.
А как формируется состав сборных России? Строго по рейтингу или по решению тренера, а рейтинг – это вспомогательный инструмент?
– Конечно, это важный момент. Вся ответственность за результат возложена на тренеров команды. Я лично делаю так: если в команде 4 игрока, то 50 % формирую по рейтингу, это – объективная реальность, а выбор остальных зависит от того, против кого мы играем, кто с кем сыгран, – это уже тактика.
Есть ли у Вас проблемы с родителями Ваших воспитанников и как Вы их решаете?
– Проблема существует, но я считаю: там, где происходит тренировочный процесс, родителей вообще не должно быть.
Вы уже многого достигли, много сделано, но еще больше – впереди. Есть ли у Вас еще планы, которые Вас увлекают? Что-то наметили серьезное?
– Мы все всю жизнь живем какой-то идеей. Пока идея не исчерпана, хочется работать и что-то делать. Можно сказать, что сейчас я на середине пути. Но если за два года не появится возможность сделать условия лучше, то тогда надо уходить, потому что нет смысла работать, когда ты не можешь сделать больше, чем есть. А вот это «больше» дают не наши знания, а те обстоятельства, в которых мы сейчас находимся. На сегодня мы знаем, как удивить мир нашими результатами, но условий нам не дают.
Ваши прогнозы: что ожидает наш любимый большой теннис? Останется ли он классическим или время все же заставит его изменить стиль?
– Сейчас произошло смещение стилей, теннис идет по пути увеличения скоростей. Игрок стремится лишить соперника запаса времени перед ударом, возможности хорошо ответить, и сам при адекватном ответе должен быть настолько быстрым, чтобы успеть достать мяч. Отсюда и изменения в технике: стало меньше вращений, прибавилось скорости. Необходимо развивать те особенности характера, которые заложены в человеке, тогда он сможет достичь хороших результатов. Непременно надо создать условия, которые проявляли бы его характер на корте. Ведь процентов 80 сильных теннисистов не играют согласно своему характеру, потому что им в детстве навязали какую-то схему, определили какое-то клише, не  позволяющие ему раскрыть полностью свою индивидуальность, реализовать скрытый потенциал.
Что касается методики. Дети не рождаются одинаковыми, все их главные качества и способности формируются до 14 лет. Если до этого возраста ты не заложил в ребенка то, чего ему не хватало, чего у него не было или было, но не на должном уровне, – он не будет приличным теннисистом. И здесь многое зависит от тренера.
Что касается стиля игры. Здесь абсолютно все  зависит от техники, которой владеет игрок.
  – В продолжение вопроса. Сейчас доминирует атакующий стиль, многие играли слева двумя руками, в последнее время эти же теннисисты играют и одной рукой. Этому надо учить с детства? Или это само получается?
– Это во многом зависит от индивидуальных  возможностей ребенка. На этапе, пока он учится, он сможет переходить от двух  к одной руке.
Из ряда источников теннисная общественность узнала, что Вы хотите оставить пост президента ФТР и заняться просто Академией тенниса. Этот вопрос будоражит теннисный мир. Что Вы по этому поводу скажете?
– Да, такие планы есть: если не выберут меня еще на один цикл, буду выстраивать свою собственную систему в Академии тенниса.
Для десятков тысяч теннисистов Вы являетесь примером и кумиром. Любителям тенниса интересно узнать, что Вы любите, чем занимаетесь, где отдыхаете?
– Отдыхаю уже лет восемь в Хорватии – там много островов, и народ доброжелательный. Каждый день можно менять обстановку, ездить по островам, никто не надоедает телефонными звонками и вопросами, на которые надо отвечать и которые надо решать. Люблю театр, но на спектакли не всегда получается сходить, почти нет времени. Многие актеры играют в теннис, приглашают меня, мы тесно общаемся с Михалковым, Караченцовым…
С кем из знаменитых людей – теннисистов-непрофессионалов Вам приходилось встречаться на корте?
– Таких людей много. Играл в паре с легендарным Николаем Озеровым, выпала удача сыграть с актером Джеком Николсоном, много раз доводилось быть «противником» Президента Казахстана Нурсултана Абишевича, Президента России Бориса Николаевича Ельцина… Нельсон Мандела приглашал меня поднимать спорт в ЮАР.
Вы человек, занимающий ответственные посты в большом спорте. Из каких деталей сформирован Ваш специальный гардероб для различного рода официальных мероприятий?
– Смокинг я надевал раза три в жизни, а вот галстуков у меня штук шестьсот, хотя я их не очень-то люблю. В первый раз я повязал галстук в 32 года, причем только потому, что Сергей Павлович Павлов, бывший тогда председателем Спорткомитета СССР, сказал мне: придешь без галстука, я тебя выгоню.
А какой костюм на Вас сегодня?
– Это – костюм из последней коллекции Ermenegildo Zegna. Столько лет на руководящих позициях, что пришлось привыкнуть к официальному дресс-коду. Но больше всего я люблю спортивную одежду.
Какой бренд Вы выбираете в стиле sport?
– Люблю Babolat, Nike отлично мне подходит, если экипировка делается специально для кого-то, а та, что продается в магазинах, не очень качественная.
А ракетки? Какой Вы играете?
– Я сейчас играю ракеткой фирмы Babolat, такой же, какой играет Роддик. У каждой фирмы есть свои хорошие модели. У Babolat последние  две модели  ракеток – просто классные. На мой взгляд, на рынке нет такой тенденции, что одна какая-то фирма делает только хорошие модели, а другая – плохие, некачественные. Правда, я нахожусь сейчас в таком состоянии и той поре, что мне все равно, какой ракеткой играть: если достал мяч, значит попал, или если достал, значит оперся и не упал (смеется).
Когда звучит приглашение на обед или ужин, Вы начинаете волноваться по поводу диеты?
–  Особенно я не волнуюсь, но диету соблюдаю постоянно, исключая Казахстан. Здесь это невозможно –  настолько вкусно все, и друзьям не откажешь. Такое щедрое гостеприимство, приходится есть и казахский бесбармак, и кауырдак, и манты, и плов. Но в обычном рабочем режиме я, как правило, не ем гарниры, мяса мне достаточно пару раз в неделю.
Ваша география посещений разных стран и континентов очень широка. Много перепробовали, много увидели, и все же – которая из мировых кухонь Вам предпочтительней?
– Больше, конечно, европейская. Из нашей, татарской кухни, люблю казы, конину, а вот жирное мясо стараюсь не есть. Кубок Кремля играем в Олимпийском, а там мечеть в двухстах метрах – беляши и казы есть всегда.
Какими языками владеете?
– Говяжьим, бараньим и свиным (смеется). По-татарски хорошо говорю, немножко владею английским.  
Вы – стильный теннисист, сильный функционер в спорте, талантливый тренер и менеджер большого тенниса, а какой Вы в семье?
– В семье я прост и непритязателен в быту. У меня два сына, недавно в дом взял сестру с мужем. Ухожу рано, прихожу поздно, часто в поездках бываю. Самое лучшее время – когда везу сына в школу, можно пообщаться. Я обычно все важные вопросы оставляю на дорогу. Мы живем в Подмосковье – путь долгий. Я очень ценю это время общения с сыном. Они растут быстро. Хочу быть в курсе их роста и взросления.
Шамиль Анвярович, что Вы пожелаете нашим стильным теннисистам?
– Я думаю, что стильные люди остаются таковыми и на корте, и в жизни. Сам вид спорта многообразен и предопределяет прямое отношение к стилю. Ведь большой теннис – игра индивидуалистов, и каждый игрок должен быть самим собой. Те, кто начинает заниматься теннисом, понимают, что это необходимо, а потом необходимость становится жизнью. Те, кто играет в теннис, более адаптированы в жизни за счет большого круга общения. Они более уверенны и, естественно, более успешны. Теннис придает красок и вкуса в жизни. Начать играть в теннис никогда не поздно.
Шамиль Анвярович! Разрешите поблагодарить за интересную беседу и, воспользовавшись случаем, от имени казахстанских теннисистов, наших читателей поздравить Вас с шестидесятилетним юбилеем и высокой наградой Президента Казахстана, пожелать еще много проектов и звезд в теннисе и еще шестьдесят таких же замечательных плодотворных лет!
       
Салтанат Акмулдина, Урал Аманжолов
    

Copyright © 2008, А. Назаров
Сайт создан в системе uCoz
Форма входа

Поиск