ИНВЕСТИЦИИ В САМЫЕ ПРЕКРАСНЫЕ МОМЕНТЫ ЖИЗНИ 
Пятница, 24.11.2017, время в Алматы: 23:11
Меню сайта
Эта статья напечатана в алматинском журнале STYLE (№1–2 (13), 2007 год). При использовании ссылка на журнал и на сайт обязательна.
 
 ЮРГЕН РИГТЕРИНК: ИНВЕСТИЦИИ В САМЫЕ ПРЕКРАСНЫЕ МОМЕНТЫ ЖИЗНИ
В этом номере журнала в "гостиной STYLE" главный редактор Салтанат Акмулдина побеседовала с удивительным человеком – Юргеном Ригтеринком, Председателем Правления АО "ДАБ " ABN AMRO Банк Казахстан". Разговор шел о стиле жизни, работы, непреходящих ценностях, человеческом счастье...

– Стиль жизни. Что Вы подразумеваете под этим сочетанием слов?
– Стиль жизни, или, по-английски, lifestyle, как я правильно понимаю, это образ мыслей, дыхание жизни, словом, все то, чем я живу. Девизом моей жизни является латинское изречение capre diem, что звучит как «используй и наслаждайся каждым моментом, каждым днем».

– Юрген, Вы представитель огромного финансового мира. В какие области Вы бы направили свои будущие инвестиции?

– Очень хороший, интересный вопрос. Наверное, возвращусь к моему жизненному кредо –  использовать и наслаждаться каждым моментом жизни: я из тех людей, которые не стараются складывать и копить средства на будущее, я использую данные мне возможности здесь и сейчас. Одной из главных моих инвестиций являются путешествия и качественный отдых. В конечном счете, эти инвестиции можно отнести к разряду нематериальных, потому как их конечный результат выражается незабываемыми впечатлениями и эмоциями. Я бы назвал их инвестициями в самые прекрасные моменты моей жизни. С таким же удовольствием я покупаю произведения искусства, гаджеты, книги, диски и так далее.
В отношении серьезных инвестиций могу сказать, что подход к этому у меня достаточно серьезный и консервативный. Все в моей жизни достается мне непросто, а потому я подхожу к этому вопросу обдуманно и взвешенно. Естественно, у меня имеются кое-какие сбережения, которые мне удалось инвестировать на приобретение во Франции старинного замка – его история насчитывает около 500 лет. В ближайшее время я собираюсь провести там неделю со своими родителями. Эта часть моих инвестиций соответствует высокому стилю жизни, который является ключевой темой вашего журнала.

Кроме того, серьезная позиция в банке позволяет мне инвестировать часть своих сбережений в финансовый рынок. Читательская аудитория Style, конечно, согласится, что высокая доходность предполагает и большие риски.
– Как устроен Ваш типичный рабочий день?

– Я уверен, что притязательному читателю Style не совсем интересны мой рабочий график и мой типичный рабочий день. Таковых у меня не бывает, и это самое привлекательное в моей работе. Я прихожу на работу с огромным желанием и работаю с огромным энтузиазмом, потому что каждый мой рабочий день не похож на предыдущий. Я с удовольствием встречаюсь с новыми клиентами, новыми людьми, примерно раз в месяц я принимаю участие в работе различных конференций, и это тоже приносит мне удовлетворение.В конце сегодняшнего рабочего дня я впервые даю интервью для журнала, который пишет о стиле. С одной стороны, мне это льстит, а с другой – заставляет волноваться.
– Принимая во внимание Вашу педантичность и пунктуальность, чувствуете ли Вы себя заложником своего расписания?

– Вы правы, я пунктуален, и это качество досталось мне от моих немецких предков. Есть хорошее выражение: работать для того, чтобы жить, а не жить для того, чтобы работать. То есть, не я для работы, а работа для меня. Для меня очень важно, чтобы моя деятельность не мешала мне сохранять баланс между работой и личной жизнью. Моя позиция сегодня дает мне возможность посвящать свободное время – уикенд – лично себе. Обычно мой рабочий день длится до 8–9 часов вечера. Некоторые вечера занимают деловые ужины с партнерами и светские приемы. Но в целом я  стараюсь организовать свою рабочую неделю так, чтобы выходные были свободны. Иногда по субботам я провожу в банке час-полтора по неотложным делам. Нынешняя моя должность на позиции председателя правления АBN AMRO Казахстан абсолютно соответствует моей жизненной философии. Поэтому я не стал инвестиционным банкиром. В этом финансовом институте необходимо быть не только молодым и увлеченным, но и обладать способностью посвящать себя полностью интенсивной работе по 18 часов в сутки без выходных. Такой ритм выдерживают только самые выносливые финансисты с огромными амбициями. Естественно, уровень доходов банкиров в этой области намного выше. Им приходится много работать, они пребывают в постоянном стрессе, и отдых для них – в прямом смысле непозволительная роскошь. Такой стиль работы не позволяет им принадлежать самим себе.

– Семья, образование, среда, характер, личные качества – что, по-Вашему, первично в достижении успеха? Быть состоятельным и успешным – это искусство общения или…?

– На эту тему существует большое количество исследований, и доказано, что среда, в которой ты вырос, родители, давшие тебе воспитание, образование равнозначно важны в формировании личности. Моя семья не очень богата – отец работал по ночам, чтобы оплатить свое образование. И если уж быть предельно откровенным, я признаюсь, что немного склонен к лености, и первые годы моего обучения в школе – не самые показательные. Самым главным назиданием от родителей в мой адрес было: «Нам не важно, чем ты будешь заниматься после школы, но основой успеха является фундаментальное образование». И только сейчас, спустя годы, я смог серьезно оценить это стремление родителей – настоять на правильном, качественном образовании.
Еще одним немаловажным фактором успеха является каждодневная работа над собой, выработка каких-то личных качеств, высокая работоспособность и умение строить отношения. По моему мнению, самая главная составляющая успеха  – это везение, удача, и могу признаться, что я потрясающе удачлив. Хотя есть сложившаяся сентенция, что чем больше человек работает, тем больше ему воздается, считаю, что это не всегда так: могу привести много примеров, когда люди отдаются работе намного больше, чем, например, я. Но, судя по степени успешности,  мне удача благоволит больше, чем им. Здесь, наверное, работает то самое искусство построения отношений, которым я владею лучше.
– Юрген, все-таки, в  чем главный рецепт успешности?

– В образовании. До тех пор, пока мне не исполнилось шесть лет, моя семья жила в Германии, а основное образование я получил в Голландии, куда мы переехали. Я изначально хотел построить международную карьеру, поэтому в возрасте 25 лет уехал в Бельгию. И хотя Брюссель находится совсем недалеко от Амстердама, всего в двух часах езды, но это уже была заграница. Я был приглашен на работу в бельгийский банк Brussels Lambert. Специальная полуторагодичная программа management training была прекрасным временем – я умело совмещал практику и обучение, причем, это еще и оплачивалось. Это была своеобразная ступень от достаточно активной тусовочной студенческой жизни к возможности стать настоящим серьезным банкиром. Через три года мне предложили стажировку в Америке, и я, естественно, не мог отказаться от столь лестного предложения. Я плодотворно проработал пять лет в Америке: два года в Чикаго и три – в Нью-Йорке. Еще раз хочу повториться – в этом я тоже вижу благосклонность Ее Величества Удачи.
Открою еще одну неизвестную страницу моего становления. В детстве я вообще не собирался стать банкиром – когда учился в школе, я часто смотрел научно-популярные фильмы о природе Кении и Танзании, которые вел немецкий профессор Шимминг, директор зоопарка во Франкфурте. Это настолько увлекательно и захватывающе, что я непременно захотел стать таким, как он, выдающимся зоологом или биологом. Но шанс стать таким же известным, конечно, был один из десяти тысяч, а остаться одним из остальных девяти тысяч девятисот девяносто девяти обычных преподавателей биологии или рядовым лаборантом меня не привлекало. Вернусь еще раз к вопросу о роли удачи: я считаю себя удачливым, но не настолько, чтобы стать таким же выдающимся ученым. Поэтому единственным выходом для меня было найти работу, которая бы давала мне возможность зарабатывать достаточно средств, чтобы познать мир и исполнить все свои мечты. Это еще один веский аргумент на пути достижения успеха.
– Следовательно, чтобы наблюдать фауну и флору, наслаждаться пейзажами, изучать развитие мира и запечатлевать его в кадре, нужно непременно стать банкиром?

– А почему бы и нет? Многие заблуждаются, думая, что банкиры и финансисты скучны и сдержанны. Это совсем не так.
– Значит, банкир может быть романтиком?

– Да. Я продолжу тему о своей идее фикс. Мне удалось осуществить все свои детские фантазии и мечты. Последние шесть лет свой отпуск я провожу в Африке – полностью повторил телевизионные маршруты профессора Шимминга по Танзании и Кении. Вы только представьте себе дикие природные ландшафты  с сотнями зебр, антилоп-гну, переплывающих реку Мару! Некоторые из них по законам  дикой природы и в процессе естественного отбора попадают на обед крокодилам, львам и другим хищникам. Я хотел бы поделиться  с читателями журнала самыми незабываемыми впечатлениями от поездки в Африку несколько лет назад. Возможно, некоторым они покажутся немного скучными. Но все же  невозможно передать обыкновенными словами мой восторг от бесконечного наблюдения за семьей гепардов в диких природных условиях в течение недели. Это обязательно нужно увидеть, прочувствовать и запечатлеть в кадре. У меня была уникальная возможность вооружившись фотокамерой, взяв с собой завтрак и обед, с шести утра до шести вечера наблюдать за самкой гепарда и тремя ее детенышами. Я запечатлел, как они играют, как мать их кормит, как они спят на сотнях тысяч уникальных снимков, снятых из засады в автомобиле под палящим солнцем. Такую увлекательную поездку я сумел осуществить трижды.  До этого я был и в Уганде, и в Антарктике, но лучшего отпуска, чем тот, на лоне дикой природы, рядом с семьей хищников, у меня не было. Эти моменты самые незабываемые, самые яркие, самые дорогие. И это является однозначным доказательством того, что банкиры могут страстно относиться к нематериальным ценностям так же, как и к деньгам.
 Ваша страсть к животным восхищает. А кто окружает Вас и представляет Ваше общество?

– Друзья. Но для меня  очевидно,  что настоящих  друзей не должно быть много. Поскольку у меня не очень много свободного времени, то я общаюсь только с теми людьми, которые мне по-настоящему нравятся. И возможно, мой ответ будет звучать несколько неожиданно  для  некоторых читателей Вашего журнала: иногда я прошу супругу отказаться от приглашения, если не очень жажду оказаться в какой-либо компании.
Вы, должно быть, достаточно смелы и решительны, чтобы твердо ответить «нет»?
– Да. Я могу твердо ответить «нет». Мое время для меня очень ценно, и я распоряжаюсь им очень взвешенно и рационально. Людям, с которыми общаюсь, я должен доверять на сто процентов, потому что, встречаясь, скажем, за кружечкой пива, общаясь на темы совсем отвлеченные от бизнеса,  я не хочу следить за каждым словом, которое произношу. Я просто хочу расслабиться и получить удовольствие в кругу близких по духу, философии надежных  друзей.
– Все же кто они, ваше доверительное окружение. Это такие же путешественники, как и вы? Финансисты?

– Практически каждые три года я переезжаю из одной страны в другую, и это значит, что я должен  быстро завести и «распознать» близких друзей, людей, образ жизни и мышления которых абсолютно совпадают с моими.  И не всегда я уверен в том, что эти отношения продлятся  долго. Возможно, они исчерпают себя за этот короткий срок пребывания в стране, и при следующем переезде вряд ли получится поддерживать их. Это отношения, которые зависят, как я называю, от географии. Только самые избранные остаются моими близкими друзьями, с кем я с удовольствием поддерживаю связь. Кстати, здесь, в Алматы, я встретил настоящих друзей, с которыми, думаю, смогу дружить долго. Что еще немаловажно: для меня социальный статус не имеет значения, но все-таки, думаю, для взаимно интересного общения должны быть общие точки соприкосновения, единая социальная среда.
Мы определили жесткие критерии отбора близких Вам людей. Давайте перейдем к вашей миссии в благотворительной деятельности банка. Что Вы чувствуете, видя результаты своего участия в каждой из благотворительных акций?
Поскольку наш банк – один из лидирующих в Казахстане, мы не только успешно делаем бизнес в вашей стране и наращиваем свои активы. В ответ на успех наш банк готов к оказанию помощи, к благотворительности. Но это не математическое уравнение. Это реальные благотворительные проекты, с реальными результатами, вполне прозрачные и нацеленные на оказание реальной помощи. Здесь мы стремимся к тому, чтобы принимать активное участие в поддержке социальных программ. Мы однозначно уверены, что средства, которые мы выделяем на благотворительность, достигают цели. И это делается не для получения каких-то реальных прибылей или маркетинговых выгод, а для того, чтобы просто безвозмездно помочь кому-то или чему-то. Но мы не хотели бы особо афишировать это.
Конечно, особые чувства охватывают меня лично, когда я вижу, что помощь, которая была своевременно оказана, например, детскому дому, сделала жизнь ребятишек легче, ярче, счастливее. Мне близко понятие личной благотворительности, но принципиально не помогаю компаниям, которые сами занимаются благотворительностью. Например, в Африке те страны, которым оказывают какую-либо помощь, попадают в своеобразную зависимость от нее, потому что постоянно надеются на то, что им кто-то обязан помогать, а сами ничего не делают для того, чтобы облегчить себе жизнь. Я считаю, что правительства этих стран должны делать все для того, чтобы самостоятельно поддержать своих граждан. Думаю, что животные этого континента страдают больше от  внедрения в их жизнь человека. И та реальная помощь, которая была оказана лично мной, пошла на то, чтобы наши потомки могли увидеть фауну и флору в первозданности, насколько это возможно.
Ваше отношение к меценатам и меценатству?
Было ли это тестом, для того, чтобы проверить, знаю ли я историю? Сам Меценат, как историческая личность, был советником императора Августа Цезаря. Для меня меценатство это содействие развитию искусства, а оно не есть понятие цены – то есть, не все то искусство, что дорого, не все измеряется деньгами. Свою любимую картину я купил у неизвестного уличного художника в Чикаго всего за двести пятьдесят долларов. Я могу купить только то, что мне нравится. Искусство для меня – не инструмент для инвести
– А если бы нужно было помочь какому-нибудь талантливому африканскому художнику, который рисует Ваших любимых животных?

– Если бы мне были близки по духу его работы, я поддержал бы его искусство, приобретя несколько его работ.
– Принадлежность к финансовому миру оказывает огромное влияние на Ваш имидж. В этом мире есть свои стандарты и каноны, этикетные и этичные нормы, если хотите. Что бы Вы подвергли стилистическому сканированию, анализу и модификации в стиле, манерах, лексике, отношении к окружающему миру?

– Это вопрос человека, который никогда не работал в банке. Наверное, со стороны в своих строгих костюмах с белыми воротничками и галстуками мы выглядим «синими чулками», но есть то, что можно назвать девизом, которого придерживаются все в нашем банке: что бы ты ни делал, получай от этого удовольствие. Мы ведь работаем с людьми, а они ожидают от нас определенного внешнего вида, который включает в себя как минимум, костюм и галстук. У нас есть определенный дресс-код. Но это совсем не значит, что мы скучные и прагматичные профессионалы с определенной терминологией. Случается, что есть повод и для шуток, мы демократичны, наши двери, как и души, всегда открыты. У нас нет такого понятия, как «стеклянный потолок», когда четко придерживаются субординации, нет формализма. Мы искренне и открыто говорим и с младшим персоналом, и с вышестоящим руководством. И именно поэтому в нашем банке можно не согласиться с чем-то или с кем-то, не боясь быть уволенным – это культура нашего банка. Можно сравнить, как общаются между собой сотрудники, например, немецкого банка – вот это чистый формализм и  четкая иерархия. И мне, конечно, больше импонирует стиль отношений в ABN AMRO.
– Безупречный образ современного банкира подразумевает безупречность во всем? Или Вы допускаете, что можно отклониться от принятых норм и позволить себе расслабиться?

– Я бы очень хотел сказать, что мне абсолютно все равно, как я выгляжу. Но это будет неправдой. Все-таки, как мы уже говорили, существует определенный дресс-код для моего  статуса банкира, который ограничивает меня в вариациях для создания индивидуального образа, и от которого я не могу кардинально отклоняться.
Но если бы вы увидели меня во Франции, то вряд ли бы узнали: там я ходил бы в черной кожаной «косухе» с заклепками, в кожаных брюках и бандане, в общем, в полном образе классического байкера. Это я себе позволяю только во время отпуска.
– Есть высказывание, ставшее афоризмом: «Стиль делают детали». Какие детали важны для Вас?

– Вообще, у мужчин меньше возможностей выразить свою индивидуальность, поэтому я самовыражаюсь как раз посредством деталей, в частности, галстуком. Кстати, он отражает и мое настроение. Например, сегодня я в красном галстуке, который излучает уверенность и энергичность. Я стараюсь носить галстуки одной фирмы – Hermes, это мой стиль, мой выбор, моя марка. Другая возможность выразить себя – это запонки. И в этом я, наверное, похож на женщин: у меня столько галстуков и столько запонок, сколько, наверное, у них обуви.
Во всем остальном я достаточно консервативен – сорочки у меня только белые или светло-голубые, а костюмы – темные в мелкую полоску.
У меня есть дорогие ручки, но когда я подписываю договоры или какие-то бумаги, то делаю это обычной офисной ручкой, потому что у меня самого создается впечатление, что, доставая из кармана какой-либо бренд, я делаю на нем ненужный акцент. Мне нравятся хорошие вещи, но мне достаточно самому знать, что они у меня есть, – я не люблю делать что-то в стиле show off. У меня, например, есть фотография с Президентом Назарбаевым, но она стоит у меня дома, я не выставляю ее в своем офисе.
Пространство деловой и личной жизни. Каким Вы себе его для себя создаете, что допустимо, а что – табу? – В каком стиле выполнены интерьеры Ваших домов, деловых офисов (дом во Франции, Алматы и т. д.)?
Когда я был студентом, то предпочитал модерн. Если вы придете ко мне в гости здесь, в Алматы, то увидите это – я привез все из своего дома в Европе. Это означает много стекла, черную кожу и прямые линии, много стальных деталей. Дизайнеры помогли мне сделать барную стойку и барные стулья в «фабричном» стиле, это даже не хай-тек.
Замку во Франции, который я недавно приобрел, – более пятисот лет. Он небольшой, намного меньше, чем особняки в «Горном гиганте», но винный погреб в нем имеется. Предыдущим его владельцем  был дизайнер интерьеров из Англии, который когда-то был женат, но сейчас он, как говорят, – нетрадиционной ориентации. И вкус, которым он обладает и с которым выполнены все интерьеры, – просто безупречен. Шторы в стиле Людовика XIV, кровати со стойками и балдахинами в стиле ампир и многое другое. Я приобрел замок с половиной мебели, и теперь моя задача – дополнить все в одном стиле. Например, в библиотеку требуются старинный столик, старинные полки и так далее. Я стал заправским дизайнером интерьеров, и мне это очень нравится. Конечно, замок – место, где пока я бываю только наездами, но мне нравится такой контраст – здесь современный модерн, а там расслабляющая непреходящая история. Наступит день, когда я отойду от дел, и это – идеальное место, чтобы бросить якорь.
Поначалу я хотел приобрести шале где-нибудь на горнолыжном курорте, но один мой хороший друг, у которого поместье во Франции, сказал, что можно за ту же стоимость приобрести недвижимость, которая в пять раз больше, находится в отличном месте и хорошо декорирована. И я решил – почему бы не иметь такой замок? Он с участком, отремонтирован, отреставрирован, вполне пригоден для жизни.
Что касается офиса, то обычно это большой квадратный кабинет, который каждый новый хозяин подстраивает под свои вкусы. Я предпочитаю минимализм, но, водворившись сюда, повесил картины, отражающие мои любимые чистые цвета – желтый, синий, красный. Они находятся на разных стенах, их цвет питает меня позитивной энергетикой.
– Вы много времени проводите в бизнес-поездках, много путешествуете. Кто занимается Вашим
lifestyle-менеджментом?
Сам. Я делаю лишь то, что хочу, посещаю лишь те места, которые желаю увидеть. Мне не составляет труда заниматься организацией своей жизни.
– Расскажите о самой оригинальной поездке. Уголок Земли, куда бы Вы непременно хотели вернуться?

– На свой сороковой день рождения я решил сделать себе подарок: мне захотелось чего- то особенного, и я покорил вершину Килиманджаро, это более шести тысяч метров.
Еще находясь на стажировке в Америке, я поднакопил денег и купил себе мотобайк «Харлей Дэвидсон» и совершил путешествие с востока на запад Америки по знаменитой трассе 66 в Лос-Анджелес и обратно. Часть этого пути я проехал вместе с 250 байкерами, которые на «Харлей Дэвидсон» участвовали в ежегодном пробеге, организованном этой компанией. И куда бы мы ни приезжали, нам был гарантирован восторженный прием и веселые вечеринки. Это была первая подобная акция. И если бы мне задали вопрос – по чему больше всего скучаете, – я бы ответил – по своему «Харлею».
К моему огромному сожалению, в Алматы нет благоприятных возможностей для байкеров. Есть одна книга, которая называется «Инвестиционный байкер» – это про меня, что-то среднее между банкиром и байкером. Приверженцы «Харлея Дэвидсона» принципиально отличаются от тех байкеров, которые занимаются экстремальными гонками на горных мотобайках. И у нас, «харлеевцев», есть такое выражение: «Важна не цель, важен путь к ней» или «Важен не пункт назначения, важен путь к нему».
А вернуться я хотел бы еще не раз в загадочную и манящую с детства Африку.
Несмотря на интенсивный ритм жизни, постоянное ускорение и т. д., наши современники  выглядят и чувствуют себя моложе, чем поколение отцов в этом возрасте. В чем, по-вашему, кроется секрет этой особой молодости наших с Вами современников?
Мы живем в очень хорошее время, когда нет войны, сейчас лучше условия жизни, лучше питание. Я в школе читал про так называемый золотой век, но я бы поспорил с историками, потому что мне кажется, этот золотой век – это наше время, это то, что на протяжении многих лет происходит в Европе и то, к чему в течение пятнадцати лет идет Казахстан. И мне кажется, что этот золотой век скоро наступит и у вас.
Здоровым и молодым наше поколение делает  правильный образ жизни и, конечно же спорт. В этом отношении я весьма активен. Но я  не из тех людей, которые  целенаправленно и регулярно занимаются, например, бегом. Для меня важен дух соперничества, командный дух и я с удовольствием  провожу каждое воскресенье на теннисном корте с партнерами, где мы активно соревнуемся в парной игре. Изредка, когда выпадает возможность, я играю среди недели в 7.30 утра в одиночный теннис.
Наше поколение весьма талантливо во всем. Мы преуспеваем и разбираемся в различных сферах. И мне хочется думать, что именно в теннисе я не дилетант – в этом виде спорта я преуспеваю больше, чем в других областях, и у меня получается немного лучше, чем у большинства моих соперников.
Что Вы читаете? Какая книга является настольной, к какой Вы возвращаетесь снова и снова? Кого цитируете чаще всего? Что порекомендуете почитать стильному читателю?
Я читаю только те книги, которые мне кажутся интересными. Либо те, которые  позволяют отвлечься, либо те, из которых можно чему-то научиться. У меня нет какой-то избранной книги или избранного автора, я читаю много бестселлеров. Последнее, что я прочитал, это книга известного в Европе автора Малколма Глэдвула «Мгновение ока» – о быстром мышлении, о том, когда нужно принять мгновенное решение в течение ближайшие пять секунд, иначе оно затянется на неопределенное время. Сейчас читаю книгу «Смелость надежды: Мысли о восстановлении американской мечты» ("The Audacity of Hope: Thoughts on Reclaiming the American Dream") Барака Обамы (Barack Obama), в чьих жилах течет часть кенийской  крови и который является одним из кандидатов на пост президента от демократов вместе с Хиллари Клинтон. Еще одна книга, которая мне очень понравилась, но я, к сожалению, не помню автора, профессора из Чикаго, называется «Фрикономикс» (Freakonomics). Она не очень большая, и я порекомендовал бы ее прочесть всем. В ней рассказывается о разных  практических вещах: например, на вопрос: «Почему в Америке в 90-годы упал уровень преступности?», вы можете привести сотню различных аргументов, а на самом деле причиной этого явилась всего-навсего легализация абортов. Как видите, ответ был весьма неожиданным.
Какие жанры в кино предпочитаете? А в музыке?
Говоря по-русски, все. Это могут быть современные блокбастеры, научная фантастика, романтическая история, мелодрама – я, наверное, из тех редких мужчин, которые, например, смотря в самолете душещипательную историю могу прослезиться. Каждый раз, бывая в Европе, я привожу пару-тройку DVD, и у меня уже порядка трехсот экземпляров. У меня небольшой домашний кинотеатр с проектором. Для меня  важен не антураж, а практическая сторона. Я смотрю все новинки в режиме реального кинотеатра с широким форматом и звуком в режиме DOLBY, и это совсем не обязательно Bang & Olufsen.
В музыке я всеяден, но предпочитаю позитивную продвинутую музыку. Как и у всех людей в этом мире, у меня есть I-POD , и по утрам, принимая душ, я слушаю свои диски. Такие музыкальные разминки  заряжают меня бодростью на весь день. В основном это мелодии 80–90-х, Gigi DAugostino, Bee Gees, «YOU&ME» группы ABBА, K-MARO
– Что  еще дает Вам ощущение, что жить интересно?

 
Вся моя жизнь как она есть. Работа, путешествия, теннис, гольф, байки…У меня есть и другие увлечения – горные лыжи, фотография, но, наверное, важнее всего мое самое приятное занятие: есть, пить и общаться со своими друзьями. Одно из любимых мест, где мне нравится бывать в Алматы, это ресторан китайской кухни «Принцесса Турандот» в театре им. Ауэзова. Я предпочитаю этот ресторан не из-за цены и престижности, а потому, что там отличная кухня, прекрасное обслуживание. Люблю фуа-гра в Borgo Antico. А лучшие в мире унаги-суши – в ресторане «Ци» в ресторанном комплексе «Жеты Казына». Говоря о винах, не могу отдать предпочтение какому-то напитку и даже какой-либо стране, но если говорить о красных винах, то это, скорее всего, чилийские и аргентинские, потому что соотношение цена-качество у них разумнее и
логичнее, чем у французских. И нет ничего лучше, чем закончить ужин превосходным немецким десертным Ice vine из винограда, который попал под первую изморозь. Это вино – самое сладкое. Ну и еще одно из лучших мировых брендов – это венгерский токай. Я скорее люблю стиль в вине, чем определенные сорта или виды. Но в жаркий алматинский вечер ничто не может сравниться с прекрасным холодным пивом.
– О чем   еще Вы мечтаете?

– Моя мечта – сохранить мир для будущих поколений, и в этом плане я с гордостью представляю ABN AMRO, предоставивший своим сотрудникам уникальную возможность посмотреть документальный фильм «Неудобная правда» (An Inconvenient Truth) бывшего вице-президента США Альберта Гора. Я уверен, что каждый зритель изменит свое отношение к миру в целом и поможет сделать мир здоровее и чище. Я был рад услышать от партнеров по бизнесу, что в современных казахстанских школах преподается специальная программа по вопросам заботы об окружающей среде. Это так важно и актуально сегодня.

– Что Вы возводите в ранг роскоши?
 
Для меня роскошь – это подняться на Килиманджаро, наблюдать за семьей гепардов, удовольствие от успешных сделок, которые я заключаю для банка. Конечно, хотелось бы иметь собственный самолет,
яхту, Porsche, но я не из тех, кто постоянно неудовлетворен имеющимся, а хочет все больше, и больше. Я был счастлив всегда – и в двадцать, когда учился, и в тридцать, когда приобрел Harley-Davidson, и сейчас счастлив. Возвращаясь к началу нашей беседы, еще раз повторю кредо моей жизни – наслаждайся каждым моментом. И если завтра мне предначертано прожить мой последний день, я могу сказать, что прожил самую замечательную, самую совершенную жизнь. И надеюсь прожить в таком же темпе последующие 42 года, даже если у меня не будет повышения зарплаты и увеличения благосостояния. Я счастлив тем, что есть, и это роскошь.
Беседу вела Салтанат Акмулдина


Copyright © 2008, А. Назаров
Сайт создан в системе uCoz
Форма входа

Поиск